Библиотека объектов нематериального культурного наследия Республики Башкортостан
Мы используем файлы cookie. Продолжив работу с сайтом, вы соглашаетесь с Политикой использования cookie и Пользовательским соглашением.
ОК
Как башкиры встречают весну?
Весна приходит с грачами и, как ни странно, с воронами.
По крайней мере, башкиры встречали весну
праздником Ҡарғатуй.

Празднование вороньей свадьбы
Традиционно праздник устраивали с наступлением весны.
В западной и юго-западной части Башкортостана его проводили за день до сабантуя, в нем участвовали главным образом женщины и подростки, но могли присутствовать и мужчины. Праздник начинался с молений на кладбище, иногда сопровождался жертвоприношениями (ҡорбан салыу). После собирались на горе или на возвышенности, приносили собранные накануне по деревне продукты.
На юге Башкортостана деревья и кустарники украшали разноцветными лентами, платками, серебряными браслетами, бусами, кольцами, на северо-востоке – цветами, яркими шалями, иногда соединяли берёзки между собой, на юго-востоке на деревья иногда подвешивали посуду с квашеным молоком (ойотҡан), либо выставляли ее у корней. Назначали ведущую – «алсабыр» (досл.: «впереди идущая») или «юлбарсы» (досл.: «ведущая по дороге»).

В контексте обряда алсабыр персонифицирует дух возрождающейся природы. Эта женщина – ведущая обряда – должна быть мастером слова, умелой плясуньей, отличаться веселым характером, пользоваться уважением и почетом среди односельчан. Наряжали её в бутафорский костюм, основными деталями которого являлись украшенные жестяными бляхами и ракушками головной убор, сшитый как башкейем, и своеобразный элемент наподобие нагрудного украшения из 2 красных платков или кусков красной ткани, которые соединяли между собой и украшали жестяными бляхами.
В западной и юго-западной Башкирии этот праздник известен был под названием «Ҡарға бутҡаһы» и праздновался за день до следующего праздника «Һабантуй». На юге, как и на востоке, в этом празднике деятельное участие принимали девушки и женщины, у западных же башкир это был исключительно детский праздник. Толпа мальчишек ходила там по домам и собирала крупу, яйца и масло; ходили и кричали: «Ярма, ярма, ярма!» Набрав всего вдоволь, они направлялись к реке, где и варили кашу.
Под тем или иным названием весенний праздник праздновался еще в начале ХХ в. почти повсеместно,
за исключением башкир Бирского и Осинского уездов.
В центральной и восточной Башкирии он был известен под названием Ҡарғатуй, на юге и на западе – как Ҡарға бутҡаһы.

Игры, песни и еда
Традиционно во время праздника готовили ритуальную кашу из ячменя, пшена, пшеницы, которые символизировали плодородие, иногда варили бишбармак. Для чаепития приносили балеш, баурсак, блины, губадию, мёд, чак-чак, эремсек и др.
К празднику готовили специальную пищу: толкли в ступе зерна пшеницы, просо, пшено для каши, собирали вареные яйца, молоко, готовили творог и пр. Традиционное обрядовое блюдо – каша (каша известна в мировом фольклоре как маркер сытой жизни, благополучия) является центральным звеном в празднествах, и до сих пор устойчиво соблюдаются правила ее приготовления. Оберегают окружение, где готовится каша. Только специально назначенная заранее женщина имеет право готовить обрядовую пищу.
Процесс приготовления обрядовой каши сопровождается приговорами:
Бутыр-бутыр бутҡа бешә,
Уртаһына май төшә,
Бутҡа бешергән ҡортҡаның
Фатихаhы мул төшә.
Наша каша варится,
В серединку масло,
У того, кто кашу сварит,
Благословения сбудутся.
В закличках заранее предугадывается щедрость и благословение хозяйки. Угощение обрядовой кашей действует как умилостивление птиц и как приобщение людей к силам Природы.
Для угощения готовой кашей женщины и дети
располагались на принесенных войлоках или на траве
вокруг расстеленных скатертей, на которых были разложены
угощения. Рядом с чашей, наполненной кашей, ставили растопленное
масло, чтобы во время еды окунать в него ложку, наполненную кашей,
но чаще масло наливали в ямку в центре выставленной в большой
посуде каши.

Все хвалили того, кто варил кашу, желая ей долгих лет жизни, здоровья и благополучия:
Лыбыр, лыбыр бутҡаһы,
Етмеш йәшәр ҡортҡаһы.
Бутҡа бешкән дан булып,
Хурламағыҙ ҡортҡаны.
Каша, каша, кашка,
Долго жить кашеварке!
Славная вышла кашка,
Не ругайте бабушку!
Во время трапезы женщины и девушки в шутку стараются выбить друг у друга из рук ложки, приговаривая при этом: «Не тебе кашка, а воронам кашка!» Особым колоритом отличалась игра «Бутҡа урлау» (досл.: «Похищение каши»), когда дети, прикинувшись воронами, похищали котел с кашей.
После трапезы проводили ритуал угощения птиц (ҡарға ашатыу, ҡарға һыйлау): остатки каши раскладывали на пнях, камнях, деревьях, обращаясь к природе, птицам и предкам, произносили благопожелания с просьбами об изобилии и благополучии, урожае и плодородии. Мальчики, взобравшись на деревья, громко кричали, имитируя карканье ворон и другие птичьи голоса.
После совместной трапезы кашей обмазывают стволы деревьев, кладут кашу под дерево, произнося благопожелания:
Ашағыҙ, туйығыҙ,
Илгә именлек килтерегеҙ!
Бер бойҙайға – ун бойҙай,
Ун бойҙайға – мең бойҙай!
Кушайте досыта,
Родимой земле благодать принесите!
За одно зерно десять зерен,
За десять зерен тысячу!
В действах проводится позитивное отношение к вещей птице: примечали, что чем больше угощаешь ее, тем лучше, благополучнее будет год.

На празднике устраивали состязания: девушки и молодые женщины должны были показать своё мастерство, талант, ловкость, силу. Водили хороводы, исполняли сольные и парные танцы, песни, такмаки, сопровождая их игрой на думбыре, дунгуре, кубызе и других народных инструментах.
Проводились состязания и подвижные игры: «Ҡарға уйыны» («Игра в ворон»), «Аҡ тирәк» («Белый тополь»), «Дөйә» («Верблюд»), «Гөргөлдәк» («Прятки»), «Йүгереш» («Бег наперегонки»), «Әбәк» («Догонялки»), «Алырым ҡош» («Возьму птенца»), прыжки через яму или другие препятствия («ырғыуыс»), перетягивание каната или полотенца («арҡан тартышыу», «таҫтамал тартышыу»), катание на качелях («әүһәләй эйеү») и др.
В ходе праздника обычно трижды исполнялся клич (һөрән): приглашение на трапезу, к угощению птиц и сигнал об окончании праздника. Нередко на юго‑востоке Башкортостана Каргатуй сопровождался чтением молитв (ғибәҙәт ҡылыу) и жертвоприношением .
Почему вороны?
Мифологические корни обряда восходят к культовому
почитанию ворона и культу умирающей и
воскрешающейся природы.
Прилет птиц ранней весной
древние связывали с началом нового
весеннего периода и обновления жизни. Функцией
весеннего обряда является магическое воздействие на силы природы, получение благословления божеств и обращения с просьбой благополучия, урожая, приплода скота и так далее. Название обряда восходит
к культу ворона, имевшему место в архаичной культуре многих народов.
Во многих традициях ворон фигурирует как птица, приносящая несчастье. «Ворон, питающийся падалью, воспринимается как посредник между
жизнью и смертью. Как трупная птица черного цвета с зловещим криком, ворон демоничен, связан с Нижним миром, царством мертвых и со смертью, с кровавой битвой,
выступает вестником зла».
В мировоззрении башкир «ворон – птица священная, вещая, которая выполняет посреднические функции между мирами – небом, землей, загробным царством» . Поныне в сознании народа ворон связан со смертью, бедой: «Ауыл өҫтөндә ҡарға ҡорҡолдаhа, ауылдан мәйет сыға». Если ворон долго каркает над селом – это к смерти, к беде.
Только женщины
В этнографических и фольклорных источниках подчеркивается сугубо женский состав
участников праздника.
Сакральный смысл таких ограничений, видимо, связан с созидательной, плодородной силой женщины, которая уподоблялась в этот момент расцветающей природе. В народных примечаниях прослеживается своеобразное аргументирование таких ограничений. Считалось, что если «допускать мужчин на праздник, то уйдет краса праздника». Существует своеобразное игровое нарушение запрета, когда во время праздника могли появиться мужчины и парни, в шутку переодетые в женские платья.
Хороводные
танцы в обряде проводят
идею солнцепоклонничества
и символизируют солидаризацию
родового коллектива, единение и
включение в круговорот
жизни.
© Газизов Р.Ф., автор-составитель, 2019